«Гамлет» в МХТ: почему спектакль с Юрой Борисовым вызвал скандал ещё до премьеры

Премьера «Гамлета» (18+) в МХТ имени Чехова стала главным театральным событием и предметом ожесточённых споров 2026 года. Режиссёр Андрей Гончаров и его соавтор Надежда Толубеева предложили радикально новое прочтение трагедии Шекспира: вместо стихов — проза, вместо пяти актов — динамичное действо длиной менее двух часов, а ключевые сцены и персонажи либо сокращены, либо полностью изменены.

На сцене — человек в костюме из фольги на роликах, бензопила, палатка для ретрита, Офелия-медиум и арии Гертруды. Вместо знаменитого монолога — лишь одна строка, брошенная между делом. Для одних — это смелый эксперимент, для других — «театральная катастрофа».

Критика и общественная реакция

Интересно, что профессиональные критики встретили спектакль скорее сдержанно-нейтрально, отмечая китч, оригинальные ходы и смешение высокой и массовой культуры. Однако на постановку обрушился шквал обвинений со стороны общественности и известных деятелей культуры, многие из которых спектакль даже не видели.

«Театр — это пространство диалога, а не монолога. Эксперимент имеет право быть, даже если он вызывает споры», — отметил худрук МХТ Константин Хабенский.

Особое возмущение вызвало то, что из всего мирового наследия именно «Гамлет» стал для российской культуры чем-то большим, чем просто литературный персонаж. Архетип Гамлета в исполнении Смоктуновского или Высоцкого — символ русской рефлексии и вечных вопросов. Поэтому радикальное переосмысление вызывает у части публики ощущение посягательства на «святыню».

Споры вокруг «Гамлета» в МХТ — это не только о конкретном спектакле, но и о границах допустимого в искусстве, о праве на эксперимент и субъективность восприятия, передаёт 7Дней.ru (18+). История театра знает немало примеров, когда новаторские постановки поначалу вызывали отторжение, а затем становились классикой. Вопрос зрелости общества — позволить искусству быть разным и не пытаться загнать его в жёсткие рамки.